Агапов О. Д., к.ф.н., доцент
Нижнекамский филиал ИЭУП (г.Казань)

ОСНОВАНИЯ И ВОЗМОЖНОСТИ СИНЕРГИЙНОЙ СОЦИАЛЬНОЙ ФИЛОСОФИИ
(материалы к теоретико–методологическому семинару 11.02.09)

Предметное самоопределение социальной философии

Парадоксально, но факт - ни один из мыслителей специально не создавал проекта социальной философии, но, вместе с тем, ни одна из действительно состоявшихся философских концепций не имеет «пробела» или ниши, где не поднимались бы вопросы бытия человека в обществе, или общественного бытия человека. Социально–философская составляющая постижения мира проявляет себя в каждую эпоху по-своему, зачастую меняя «наряды» (философия права, философия истории, философия хозяйства, философия техники, философия пола). Предмет (угол зрения) социальной философии постоянно изменяется, неизменным остается объект – общество. Раскрытие специфики очевидного и ощущаемого различия бытия людей и бытия природы на новом витке социокультурного развития требует своего переосмысления.

Объективность предметности социальной философии проблематична. Процесс интерпретирования устремлен на становление бытия, в рамках которого становится: а) сущее; б) мы в сущем; в) синергийная форма со – бытия сущего и нас в нем. «Становление – это тот «предмет», который сам рассматривает сознание на его соответствие ему, так и сознание смотрится в становление, чтобы удостовериться в той или иной форме выраженности. «Предмет» становления – предметность, дающая смысл событию знания и сознания, структурирующая, упорядочивающая способность сознания быть выраженным в языке».

Итак, предметность социальной философии событийна и, следовательно, требует от нас как субъектов - участия и усилия, внимания. Предметность живет в поле между опредмечиванием и распредмечиванием. Это полюсы удержания предметности, или бытия предметности (объективный аспект) и бытия в предметности (субъективный аспект). Именно это и называется герменевтическим кругом, где предпонимание (опредмечивание) встречается с пониманием, способным обернуться (в какой раз) новым, иным пониманием, а, следовательно, другим расширяющим сознание витком предметного присвоения мира и постижения его смысла, места и роли в нем человека. Подобного рода обращение создает поле предметности, глубину и широту осмысления. Переосмысление и остранение привычного, отход от канонов, верификация, деконструкция знания, в сущности, преследуют одно - выход субъекта познания на уровень события получения и извлечения знания, в область бытия в чем-то иного (большего), чем он сам. Переинтерпретация предметности дает выход на уровень «события – сознания», присвоения и освоения мира; деятельностно-духовно–практического бытия в нем или выработку линии поведения в качестве познающего, удержания на линии интенции. Отсюда карта поиска предметности становится картой – картиной жизни, топографией пути (по М.К. Мамардашвили). Предметность – это стиль (образ) жизни. Предметность социальной мысли Платона – это Платон. Предметность социальной мысли К. Маркса – это Маркс. Предметность социальной мысли М. Фуко – это М. Фуко.

Многоаспектность природы человеческого рода задает многовекторность разворачивания предметности деятельности, производящей властные, хозяйственные, коммуникационные и иные отношения. В.А. Конев убежден, что социальная философия должна быть понята как «осмысление (и разработка) возможных онтологий человеческого мира», а В.Е. Кемеров будущее видит в создании антиредукционистской социальной онтологии, основанной на принципах: проблематизации, динамизации, персонализации социальных форм, а также метода выведения из контекста полисубъективной социальности. . Главное, как показывают В.Е. Кемеров и Т.Х. Керимов, в логике радикальной социальной онтологии общее и особенное равномощны, являются двумя сторонами бытия социума. Социальное бытие обусловлено не только логикой вещей, но и логика становления полисубъектности. Иными словами, общество представляет собой динамически развивающуюся целостность людей, состоящую из множества связей и отношений по поводу производства и воспроизводства бытия человеческого рода, тесно связанную с осмыслением и пониманием становящихся отношений, определенной идентификацией и самоидентификацией к процессам творцами, участниками, свидетелями и наследниками которых мы (люди) являемся.

Контуры синергийной социальной философии

«Стержнем» синергийной антропологии выступает дискурс синергии, создающий для всех устоявшихся теоретических структур философского знания «поле» приложения сил. Синергийная антропология по отношению к социальной философии (в пределе ко всему социально – гуманитарному дискурсу) совершает антропологический переворот, сущность которого состоит в том, что социальное на поверку оказывается производной от антропологического желания человека манифестировать свое бытие, разомкнуть к Иному свое телесное (корпускулярное) существование. Общество, культура, история, цивилизация предстают как человекосоразмерные размеренности, все бытие которых буквально держится на усилии тех, кто способен увидеть в них «поле» собственной антропологической практики. Имеющиеся в социуме традиции, поля и структуры свидетельствуют о неизбывности человеческого рода и многообразии способов (органонов) его бытия. Таким образом, синергийная антропология возвращает в социально – философский дискурс человека и утверждает его как весьма сложную и динамическую реальность, способную к преобразованию сущего, как минимум, в трех формах (энергийном, эссенциальном, виртуальном). Множество энергий человеческого бытия вовлекаются и выстраиваются в единую холистскую стратегию его пребытия в сущем. По С.С. Хоружему, когда синергийная антропология выступает как ядро эпистемы, то сразу становится понятной производящая, генеративная роль самого человека в гуманитарном знании, проясняется факт того, что любой дискурс конституируется человеком, что создает своеобразный эпистемологический круг, опирающийся на совокупность эпифеноменов антропологической реальности, явно не вмещающих широкой палитры антропологических проявлений. Главное, что синергийная антропология выступает в активно - деятельном залоге, как эпистемостроительное начало в реальности.

В частности, мы усматриваем целый ряд теоретико-методологических идей, обогащающих социально - философскую мысль концептуальными наработками синергийной антропологии:

А) Синергийная антропология позволяет рассматривать социальное бытие как область антропологического опыта. Целокупная реальность бытия формируется онтологической осью Бог – Человек, а отношение между ними - предельно содержательно и драматично. Множественность отношений, имеющих место в системе «природа – общество – человек» укладывается в вопрос отношений между Богом и человеком. Для энергийной онтологии, сложившейся в недрах православной традиции, характерны три ключевых принципа: 1) антропоцентризм; 2) динамизм; 3) энергийность. В своем единстве они образуют онтотрансцензус понимания бытия. Человек в данной онтологии не часть, а средоточие, собирающий фокус и Nexus, начало и агент связности тварного бытия, а его мышление не есть эпифеномен, а «структурная парадигма и онтологический принцип». Исполнение назначения и судьбы тварного существа совершаются «в человеке, чрез человека и человеком». Социальные институты являются точками институализации человеческих импульсов и энергий, моментами кристаллизации всех возможных в сущем энергий. Поэтому главным в синергийной социальной философии будет вопрос, куда и как воплощается открываемая и высвобождаемая человеческим родом энергия сущего. С.С. Хоружий дает априори сценарии примерно трех основных (плюс смешанные типы) антропологических стратегий: духовной практики, паттерны безумия, виртуальные практики.

Б) Социальная реальность – пространство встречи двух потоков энергий: нисходящей (от Бога) и восходящей (от человеческого рода). Синергийная антропология, таким образом, задает контуры динамической концепции бытия, позволяя преодолеть эссенциальный, космоцентричный, натурфилософский образ мира как сущего, преобладающего в античности. Дискурс энергий размыкает одномерное восприятие реальности, характерной для классической онтологии и создающей основу для авторитарного мышления о социальном. Эссенциальный дискурс фактически призывал исходить из принципа реальности, понимаемой как примат различных природных сущностей, что, естественно, вело к установлению диктатуры натурализма в осмыслении социальных процессов. 

Синергийная антропология, напротив, реконструирует и реализует потенциал дискурса энергий, сформировавшийся в недрах святоотеческой традиции. По И. Зизиуласу, Св. Отцы создали онтологию, преодолевающую монизм греческой философии и бездну, разделяющую Бога и мир в гностических системах, опирающихся на платоновско – аристотелевскую концепцию творения мира Богом. Общение становится в святоотеческой мысли онтологическим понятием. Бог – Отец есть Личность, свободно взыскующая общения, в бытии которого способна проявлять себя любовь, тесно связанная со способностью одарять неповторимой идентичностью и именем.

В) Человеческий род/человек - движущая сила развития общества, а оно само есть претворение множества энергий (божественной, человеческого рода, природного). На месте единого онтологического наличного бытия мы обнаруживаем три различных онтологических горизонта: события трансцендирования, события наличествования, виртуальные события, образующие в своей совокупности сложное измерение «бытия – действия». Социальное бытие пронизано антропологическими ситуациями и практиками, отличающимися друг от друга различными типами воплощения и ответственности. «Долг человека – служить разумным центрирующим началом во всем масштабе Большой Системы, гармонизирующим отношения всех трех сфер (Человек – Природа – Техника) и открывающим для всего их единства возможность, перспективу бытийного трансцендирования» .

Г) Социальное развитие – это глобальный онтологический процесс преображения сущего. В силу этого социальное бытие исторично и личностно, где каждый «тварный индивид – бытие промежуточное, наделенное лишь начатком, залогом бытия и личности (ипостаси) и лишь имеющее обрести определенный бытийный статус в бифуркационной бытийной динамике свободы, реализующий некоторую мета – антропологическую перспективу». Личностное бытие вбирает в себя интенции социальных образований, преломляет и очищает их, придавая бытийный статус. Личностное пребытие есть «персихорсис» (гр. – «обхождение по кругу») – «непрестанная взаимоотдача бытия, полнота, взаимного приятия и открытости – своего рода конструктивный коррелат Любви» Синергия человеческой и божественной энергии образует онтотрансцензус.

Д) Социальное бытие, как пространство между, центрируется проблемой идентичности, где «место идентичности – у самых корней ситуации человека, среди первичных реальностей и изначальных вопросов». Идентичность конституирует, как минимум, три порядка реальности: соматический (организм стремится сохранить свою цельность в постоянном взаимодействии с внешним миром), психологический (сознание как интеграция внешнего и внутреннего опыта), социальный (фактура и характер связей). Идентификация конституирует модус социальности – паттерн антропологической позиции и стратегии человеческого бытия (преображения и пребытия). Сегодня широко распространена предметная, ведущая к овещнению/объективации, и статусно – ролевая идентификации. Однако синергийная онтология полагает за человеком энергийную идентификацию. Вещные и статусные идентичности привязывают к себе, задавая одномерную антропологическую реальность, существенно сужая и извращая бытийственный горизонт человека. Складывающаяся парадигма энергийной идентификации обращает внимание на Внеположный Исток божественной энергии. В христианском учении о человеке нет отвращения к наличной природе человека (как в гностицизме), но есть призыв к «превосхождению естества»: «нужно не просто раскрыть человеческую природу, но пойти дальше – не согласившись с ней, трансформировать ее. И добиться этого лишь своими, естественными средствами человек не может; тут требуется другой источник энергии» . Главное на этом пути - увидеть традицию, не свернуть в паттерны безумия или виртуального недовоплощения.

Дискурс синергийной антропологии способствует «раскрытию» энергийного концепта общества, его конкретно – исторической конфигурации в единстве интенций, замыслов и воплощений. Социум оказывается телосом вне телеономии, что позволяет мыслить его как социем/сингулярность, сущность которой не дана заранее, а всегда устанавливается «каждый раз».

Киященко Л.П В поисках ускользающей предметности/Л.П. Киященко. – М., 2000. - С.75.
Конев В.А. Социальная философия как критика способности быть/В.А. Конев//www.religate.ru/article18072.htm
Кемеров В.Е. Меняющаяся роль социальной философии и антиредукционисткие стратегии / В.Е. Кемеров // Вопросы философии. – 2006. - №2. - С. 77.
Хоружий С.С. «Расставим антроповехи!»/ С.С. Хоружий. - М., 2006. - С. 49.
Хоружий С.С. Очерки синергийной антропологии / С.С. Хоружий. – М., 2005. - С. 244.
Хоружий С.С. Очерки синергийной антропологии / С.С. Хоружий. – М., 2005. С. 47.
Зизиулас И. Бытие как общение. Очерки о личности и Церкви / И. Зизиулас. – М., 2006. - С. 10.
Хоружий С.С. Очерки синергийной антропологии / С.С. Хоружий. – М., 2005. С. 258.
Хоружий С.С. Там же. - С. 260 - 261.
Хоружий С.С. Очерки синергийной антропологии / С.С. Хоружий. – М., 2005. С. 77 - 80.
Хоружий С.С. Там же. - С. 129.