Н.Н. Смирнова. Новое религиозное сознание в теоретической мысли М.О.Гершензона

>о докладчике
>стенограмма

Аннотация доклада

В докладе рассматриваются сущностные признаки новизны в представлении о «новом религиозном сознании» у М.О. Гершензона. Сам мыслитель никогда не указывал на эту новизну, напротив, акцентировал древность, первобытность подлинно религиозного сознания. Однако с теоретической точки зрения эта новизна принципиальна: М.О. Гершензон делает религиозное сознание объектом естественно-научного рассмотрения и строит на этом фундаменте здание новой метафизики.

На протяжении всего своего жизненного и творческого пути М.О. Гершензон считал проблему религиозного сознания наиважнейшей. Что значит быть религиозным человеком и как человеку постичь цель мироздания? По мнению М.О. Гершензона, от решения этих вопросов в юности зависит вся дальнейшая жизнь.

Картина мира Гершензона-философа строится на аксиологических предпосылках. Религиозное сознание предполагает синтетическое (в противоположность расчлененному и отвлеченному) знание о мире, согласное с общим движением к мировой цели. Это знание есть благо, без которого невозможно единение всего живущего, мировая гармония. Это знание может быть получено не только в результате научного познавательного акта, но и более органично – посредством духовного в?дения. Здесь возникает проблема знания без осознавания и традиции вне прямой, непосредственной передачи. Подлинно религиозное сознание предполагает органическое единение с миром, согласие с мировой волей, жизнь, устремленную к общемировой цели. Сама цель при этом неведома, и согласие достигается только духовным в?дением.

Вместе с тем в картине мира Гершензона-философа много противоречий, связанных с проблемой обоснования религиозного сознания в координатах веры и знания, мира и личности. Принципиальный дуализм системы предполагает сомнение в качестве ее подвижного звена, а идея блага возникает в основании противоречия между личностью и миром.

Краткое резюме дискуссии по докладу

 

Ведущий семинар С.С. Хоружий подчеркнул, что Серебряный век – такая же неизбывная тема российских научнх дискуссий, как и Федор Михайлович Достоевский. Исследований по Серебряному веку множество, в том числе и по антропологической проблематике, но они в основном касаются антропологии, представленной в концепциях отдельных известных персон – таких, как Бердяев, Флоренский и другие. Что же касается образа “типичного человека”, каким его рисовал Серебряный век и каким он представлен в искусстве, литературе, театре, в эссеистике Серебряного века, — то в такой постановке эта тема до сих пор не раскрыта. По убеждению С.С. Хоружего, Михаил Осипович Гершензон является носителем типичного сознания человека Серебряного века. К таким чертам относится и толстовство, критика техногенной цивилизации, усиленное стремление к естественным наукам и другие. К таким же типовым чертам относится и отношение к религии, которое сегодня мы могли бы охарактеризовать как “постсекулярность”, но это требует специального рассмотрения.

Именно вокруг вопроса о том, можно ли отнести концепцию Гершензона к “постсекулярной” точке зрения, прежде всего и развивалась дискуссия. С.С. Хоружий обратил внимание собравшихся на то, что “постсекулярный тип сознания” появляется в ситуации, когда всякие светские и религозные убеждения признаются имеющими равную ценность, а либерализм сводит вопрос о религиозности сознания к требованию социальной политкорректности. В антропологическом смысле этому соответствует человек, отличающийся безразличием и равнодушием к каким-либо духовным ценностям и духовным поискам. В концепции же М.О. Гершензона наоборот утверждается, что религиозность есть имманентно присущее человеку свойство. Поэтому рассуждение Гершензона о вере можно скорее отнести к некоторому “вольнодумству” в рамках традиционно понимаемой религиозности, чем к постсекуляризму.

Отвечая ведущему семинара, Наталья Николаевна Смирнова согласилась, что отношение к Гершензону как типичному представителю своей эпохи – распространенное мнение среди исследователей Серебряного века. Такой же точки зрения придерживается, например, и первый серьезный исследователь творчества М.О. Гершензона – Вера Юрьевна Проскурина. Но это не бесспорная точка зрения.

Наталья Николаевна напомнила, что на предыдущем заседании семинара Кристина Штёкль говорила о трех аспектах, характеризующих векторы напряженностей, в которых раскрывается современное постсекулярное сознание. Один из аспектов – это напряжение между индивидуальным и коллективным опытом. Штёкль указала на риски, связанные с либеральной трактовкой религиозности как принадлежащей исключительно индивидуальному опыту. Эта трактовка оставляет “за скобками” многовековую традицию, в которой аккумулирован религиозный коллективный опыт. Но такие же риски несет в себе и другая позиция, гиперболизирующая традицию и игонорирующая индивидуальное переживание религиозного.

Гершензон, по убеждению докладчика, указывал именно на такие риски. Человек живет в социальности и игнорирует индивидуальное переживание религиозности, никогда с этой частью своей жизни не “контактирует”, и в этом, по мнению Гершензона, состоит трагизм человеческой жизни. Имеется в виду концепция Гершензона о “мире ином”. Эти идеи Михаила Осиповича не являются “типичными” для человека Серебряного века. Гершензон разрабатывал концепцию тройственного образа предельного совершенства, утверждая, что в искусстве, науке и религии человек реализует свое стремление к идеалу. Наука и вера  — это знания, основанные на опыте человека, но наука опирается на опыт внешних чувств человека, вера же – на опыт более тонких чувств.

Гершензон видит дальнейший путь религиозности в познании невидимого мира, который постепенно “проясняется” и расширяется, и этот путь аналогичен пути развития науки. Проявляется развитие религиозного познания в новых откровениях, которые придают иной облик вещам в эмпирическом мире, задают новый образ совершенства. Гершензон пытался убедить современников в том, что “религиозное” проявляется в каждом действии человека, включая и его обыденную жизнь. Гершензон не противопоставлял “религиозное” и “светское”, более того, религиозное, по его убеждению, коренится в глубоко личном опыте, и лишь затем “обобщается родом”.

 Н.Н. Смирнова, признав в целом справедливость высказанного С.С. Хоружим замечания о сомнительной “постсекулярности” концепции М.О.Гершензона, тем не менее не согласилась с его категоричностью. Она указала на то, что в своих рассуждениях Гершензон опирался на признание ценности как религиозного, так и научного познания мира, и утверждал необходимость взаимного дополнения этих двух дискурсов, и значит уже не считал эти дискурсы самодостаточными. Однако, по мнению докладчика, здесь, несомненно остается еще много неясных моментов, требующих уточнения.