11 ноября состоялось очередное заседание научного семинара. С докладом на тему “Духовная практика в исламском мистицизме (суфизме)” выступил сотрудник Института философии РАН Ильшат Рашитович Насыров.

 

Семинар был посвящен стержневой теме семинара - духовной практике как общему антропологическому явлению. На этот раз речь шла о духовной практике суфиев. Предваряя доклад, руководитель семинара С.С. Хоружий представил недавно вышедшую книгу И.Р. Насырова “Основания исламского мистицизма”.  Хоружий подчеркнул, что исследование суфизма особенно интересно для участников семинара в двух аспектах: и как универсальный антропологический феномен, и как особая, оригинальная антропологическая и духовная практика в сравнении с православной духовной практикой исихазма, поскольку суфизм строится на принципиально иной герменевтике.


В докладе обсуждались теоретические основания духовной практики в исламском мистицизме. Докладчик подчеркнул, что сходство суфизма с иными духовными практиками исчерпывается положением о прямом общении с Богом (посредством мистического опыта) или о “размыкании себя Иному” (в терминологии С.Хоружего).  Оригинальность же суфийского учения о мистическом богопознании (ма’рифа) связана с непосредственным влиянием средневековой арабской мысли на формирование этого учения. Принципиальной особенностью этой инаковости является иное - по сравнению с другими духовными традициями - понимание соотнесенности Бога и мира. Если в христианстве Бог и мир внеположны друг другу, то в суфизме онтологическим основанием богопознания является постулат о двуединстве Бога и мира как различных аспектах или онтологических уровнях одного по сущности бытия.

Суфизм очень многолик и в способах богопознания и в доктринальных установках, не существует единой линии развития мистического учения суфиев. Однако можно выделить два основных общих момента: концепт Пути (тарик) и учение об “избранничестве” или “святости” (вилайа).  

 

 

В историческом плане можно выделить несколько этапов развития доктринального суфизма.
Первый этап (IX-XI вв.) представляет собой преимущественно духовную практику суфиев, направленную на переустройство всего человеческого существа. На этом этапе вырабатывались различные методы для достижения этой цели. Этот этап отмечен появлением “опьяненного” направления в суфизме, учения о “растворении” (фана’) суфия в Боге. Утверждение о возможности непосредственного богопознания за счет единения (иттисал) человека и Бога потребовало онтологического обоснования отсутсвия разделенности между миром и Богом. Необходимость решения этого парадокса обусловила появление “трезвого” направления суфизма.

Следующий этап - формирование философского суфизма - во многом был связан с решением возникшей проблемы. Аксиоматическое положение о едином Первоначале было переосмыслено как двуединство противоположностей, что в свою очередь привело к появлению концепции “проявления” Бога (таджаллин) и представления о человеке как “месте самопознания Бога”. Процесс проявления Бога трактуется как Его дыхание: выдох - переход божественного бытия в мир, а вдох - как переход мира в божественное бытие. Бог в своем самопроявляющемся аспекте достгает совершенства в человеке. Однако в суфизме речь идет не об эмпирическом, а о “совершенном человеке” (инсан камил). Совершенный человек объединяет в себе два аспекта и в состоянии распоряжаться ими. Эта сила распоряжения (тасарруф)  обозначается понятием энергии (химма), исходно связанной с непрерывным актом божетсвенного творения.

Философский суфизм, отводя человеку роль необходимого условия единого бытия, одновременно ограничивает эту роль, лишая человека воли. Поэтому всесилие человека оборачивается его бессилием. Это ставит под сомнение эффективность суфийской духовной практики, связанной с идеей самосовершенствования человека. Некоторые критики суфизма усматривают причину упадка суфизма в этой «нравственной индифферентности» элитарного суфизма. 

Начиная с конца XII в. происходит развитие институциональных форм суфизма.
Суфийские ордены строятся по иерархическому принципу с абсолютной властью суфийских шейхов над учениками-муридами. Подобная институционализация приводит к такому явлению как “рутинизация харизмы”, в результате чего сводится на нет творческий характер индивидуального поиска пути к мистическому общению с Богом. 

Превращение мусульманства в серьезную социально-политическую силу сопровождалось отходом его от духовной практики. Докладчик подчеркнул, что хотя суфизм продолжает оставаться важнейшей составляющей исламской религии и культуры, однако перспективы его развития весьма проблематичны.