16 сентября состоялось очередное заседание семинара - первое в новом академическом сезоне. С докладом “Российская классическая анималистика как антропопрактика: от исследования к проектированию форм трансляции” выступил кандидат биологических наук А.И. Олексенко.

..

Во вступительном слове С.С. Хоружий отметил, что доклад Александра Ивановича Олексенко - это очередное расширение тематики поля синергийной антропологии. Тема, которую обозначил докладчик, на семинаре еще не затрагивалась, однако в контексте современных антропологических исследований она, можно сказать, находится на “острие научного поиска”.

В сегодняшних размышлениях о человеке возникает принципиально новая конфигурация отношений человека с тем, что можно назвать “царством природного мира”, а именно: с миром животных, с миром растений и с миром неодушевленной природы. Аналогично “антропологическому повороту” (и вслед за ним), эти отношения также переосмысливается в “энергетическом ключе”, в языке практик. Речь идет о том, чтобы и мир животных был представлен в языке практик, и мир растений. Как бы это ни звучало парадоксально, но сегодня уже начинают говорить о “фитопрактиках” и т.д. Можно сказать, что происходит своеобразная “экологизация антропологии”, возникает новое представление о единстве реальности, но на иных, отличных от классической метафизики, основаниях. Человек рассматривается как органически встроенный в природу — в мир животных и растений, но уже не по принципу иерархии аристотелевских сущностей, а динамически-практически, то есть по принципу отношений между различными классами практик. И это новая исследовательская проблематика, которая только начинает разворачиваться. Когда сменился угол зрения на каждый из этих миров, то соответственно начинают меняться и представления об их отношении, их взаимодействии. Как это описывать, в каком языке?

В аннотации к докладу мы видим, что Александр Иванович Олексенко предлагает рассматривать  отношения этих миров сквозь призму особого рода опыта, который тут появляется - ”опыта причастности”, а это есть одна из базовых категорий синергийной антропологии. Через “опыт причастности” мы будем и описывать, и практически выстраивать теперь свои отношения с иными природными мирами, иными царствами. Сегодня мы уже можем наблюдать, как разворачиваются различные экологические — вплоть до экстремальных — практики, которые строят свои отношения и с миром животных, и с миром растений на основании этого опыта причастности. В экстремальных экологических практиках (в ряде радикальных современных движений) этот опыт и вовсе оказывается гипертрофированно преувеличенным, вплоть до отрицания различий между миром человека и животно-растительным миром, или даже до признания мира животно-растительной природы в ценностном отношении “выше и мудрее” мира человеческого.

Безусловно, все эти новые феномены требуют и философского переосмысления на базе какой-то новой философской платформы, но пока философия только-только начинает в эту сторону двигаться, поскольку европейская традиция плохо к этому приспособлена. Поэтому все эти экологические движения в интеллектуальном смысле пока “дикарские”, не соединенные ни с какой философской, интеллектуальной “платформой”, не интегрированные в культуру. На этом пути стоит особо отметить одну известную работу — можно сказать пионерскую в этой области — это “Лес” Владимира Вениаминовича Бибихина. Хотя Владимир Вениаминович напрямую там и не говорит об основаниях нового “экологического поворота”, но именно там есть много идей, касающихся этой тематики, которые, безусловно, требуют особого “извлечения”. И это, пожалуй, единственная на сегодня работа такого рода мирового уровня.

Что касается мира растений, то сегодня здесь есть уже некоторые разработки. В частности, есть такой европейский философ Михаил Мардер, наш соотечественник, который давно переехал и работает в Европе, профессор университета в Испании. Он развивает “фитофилософию”: что такое мир растений, понятый в языке практик, фитопрактик.

Александр Иванович Олексенко во вступительном слове сказал, что цель его доклада — прежде всего дать описание конкретного феномена, который выражал бы это особое отношение мира человека и мира природы и который можно попытаться понять через категорию “опыта причастности”. Но если Сергей Сергеевич Хоружий говорил о современных феноменах и практиках умеренного и радикального экологизма, то в докладе этот феномен будет рассматриваться в исторической ретроспективе. Речь пойдет о конкретной практике работы нескольких художников-анималистов, расцвет деятельности которых пришелся на 10-70-ые гг. прошлого века. Это особый очень интересный феномен в истории отечественной анималистики, но его долгое время не замечали и осмысление этого опыта еще далеко до завершения, многие вопросы остаются открытыми. Изучение этого феномена проблематично, поскольку до сих пор непонятно, что лежит в его основе, что являлось конституирующим фактором для этого сообщества, каковы границы этого феномена и можно ли говорить о нем как о некоей “натуралистической” традиции. Все эти вопросы докладчик хотел бы скорее вынести на обсуждение, чем дать готовые ответы.

Далее докладчик остановился на трех ключевых фигурах: Александра Николаевича Формозова (1899—1973), Василия Алексеевич Ватагина (1883—1969) и Владимира (Вадима) Моисеевича Смирина (1931—1989), более подробно осветив творческий путь Смирина. Помимо биографических и личных пересечений (А.Н. Формозов был учителем и руководителем дипломной работы В.М. Смирина, а с В.А. Ватагиным Смирина связывала многолетняя личная дружба), этих художников роднит общий подход к изображению животных и общее отношение к дикой природе. Все они стремились к синтезу научного, художественного и технологического понимания природы. И это ”синтетическое”, целостное отношение к дикой природе было результатом “длительного наблюдения… при котором происходило постепенное включение наблюдателя в сферу взаимодействия  с объектом исследования, когда у зверя гасли проявления тревоги и агрессивности…” (Шишкин В. С. Памяти Владимира Моисеевича Смирина [1931 — 1989]. Бюлл. МОИП. Отд. биол., 1990. Т.95, вып. 6. С. 124—127).

Подобное “погружение в дикую природу”, которое может быть понято как “опыт причастности”, изменяло не только технику художественного выражения, но и само отношение художника к царству природы. По сути, это определяло их образ жизни.

Далее докладчик подробно остановился на том, как может в этом контексте интерпретироваться то, что было создано этими мастерами. Используя формулу Е.Н. Трубецкого “умозрение в красках”, которая характеризовала творчество русских иконописцев, докладчик высказал гипотезу, что работы В.А. Ватагина, А.Н. Формозова, В.М. Смирина — это не что иное, как “умозрение” мира живой природы, мира животных в масле, туши, карандаше и акварели, то есть своеобразное “окно” в мир “дикой природы”.

Докладчик также сформулировал вопросы, которые возникают в связи с такой интерпретацией творчества мастеров-анималистов: насколько мы готовы воспринять , наследовать эти формы мышления и видения (а не только их готовые результаты, ценность которых бесспорна)? Какие новые формы обращения к ним сейчас возможны? Каково их место и есть ли оно в эпоху упоенности экологической глобализацией, когда радость встречи со зверем в природе и попытка его понять могут показаться сентиментальным излишеством?

Подводя итоги, С.С. Хоружий отметил, что материал чрезвычайно богатый и интересный, и действительно рождает множество вопросов, которые пока остаются открытыми, здесь есть обширное поле для дальнейших исследований. С.С. Хоружий также подчеркнул, что в описанных примерах “опыта причастности” можно выделить различные типы опыта, но ведущим является художественно-эстетический. В синергийной антропологии художественные практики трактуются как “примыкающие”, и тут ключевым является вопрос: к чему они “примыкают”? Ответы, по-видимому, могут быть очень разные. Может идти речь и о традиции дзен буддизма, который в настоящее время получил широкое распространение именно в связи с экологической установкой, но могут быть и иные основания, в том числе онтического характера. В целом С.С. Хоружий выразил надежду, что эта тема получит дальнейшее развитие в рамках семинара.

Рисунки В.М. Смирина

В.М. Смирин. Котик

В.М. Смирин. Лисенок

Фото Владимира Моисеевича Смирина

Подробнее с творчеством В.М. Смирина можно ознакомиться на сайте Центра охраны дикой природы